Как вернуться на работу после "горячего" корпоратива?

Иногда наутро после корпоратива человек пытается вспомнить, кому звонил, с кем танцевал и зачем обещал начальнику обязательно пробежать марафон. Алине достался более конкретный вопрос: рассказала ли сотрудница бухгалтерии остальному офису, что именно увидела в подсобке бара? Узнать это можно только одним способом — прийти в понедельник на работу.

Привет, сексик.

Кажется, после последнего корпоратива у меня появилась новая репутация. Идти на работу мне теперь страшно.

Наша компания находится в большом бизнес-центре. На первом этаже там есть бар, куда мы иногда ходим после работы. Перед Новым годом руководство решило не снимать ресторан где-то в городе, а просто арендовало этот бар на вечер целиком.

Было удобно: закончили работу, спустились на лифте, оставили пальто в гардеробе и сразу оказались на празднике.

Вначале всё шло совершенно обычно.

Директор произнёс речь о том, что год был сложным, но мы справились. Коммерческий отдел подарил ему огромную кружку с надписью «Босс». Девочки из отдела рекламы фотографировались возле ёлки. Бухгалтерия сидела за самым большим столом и обсуждала, кто сколько должен сдать на подарки детям сотрудников.

Я тоже сначала вела себя нормально.

Выпила бокал шампанского, потом ещё один. Поела салат. Потанцевала с коллегами. Поздравила руководителя отдела, которого весь год терпеть не могла, и даже сказала ему, что он прекрасный человек.

Проблемы начались после коктейлей.

На третьем бармен сказал:

— Может, хватит?

Я ответила:

— Вы не имеете права ограничивать свободную женщину.

Он засмеялся.

Бармен был молодой, симпатичный и очень спокойный. Ему, наверное, около тридцати. Высокий, с тёмными волосами и руками человека, который весь вечер что-то наливает, режет и вытирает.

До того вечера я видела его несколько раз, когда заходила в бар на обед или кофе. Мы здоровались, но почти не разговаривали.

На корпоративе мне внезапно показалось, что между нами происходит настоящий флирт.

Возможно, он просто хорошо выполнял свою работу.

Я подходила к стойке, а он спрашивал:

— Вам ещё один?

Я отвечала:

— А вы хотите меня напоить?

Он говорил:

— По-моему, вы и без моей помощи справляетесь.

Мне казалось, что это ужасно остроумно.

Потом начались медленные песни.

Коллеги разбились на пары. Кто-то уже сидел в телефоне, кто-то спорил с диджеем, кто-то собирался продолжать вечер в другом месте.

Я снова подошла к стойке.

Бармен убирал пустые бокалы.

Я спросила:

— Ты здесь до самого утра?

Он ответил:

— Пока вы все не уйдёте.

— А если я не уйду?

Он посмотрел на меня и сказал:

— Тогда у меня будет очень длинная смена.

После этого я окончательно решила, что нравлюсь ему.

Не могу сказать, что у меня давно не было мужчин или я страдала от недостатка внимания. Я встречалась с человеком, но мы расстались несколько месяцев назад. После этого я ни с кем не знакомилась и жила довольно спокойно.

Наверное, в тот вечер мне хотелось почувствовать себя другой.

Смелой, свободной и взрослой женщиной, которая может выбрать мужчину, взять от вечера то, что ей хочется, а утром просто продолжить жить.

Мне двадцать восемь лет, но внутри почему-то до сих пор есть ощущение, будто настоящая взрослая жизнь происходит у других. Они легко знакомятся, заводят романы, покупают билеты на выходные и не спрашивают себя после каждого решения, правильно ли поступили.

На корпоративе мне захотелось хотя бы один раз ничего не анализировать.

Я сказала бармену:

— Мне нужно немного воздуха.

Он ответил:

— Выход вон там.

Я засмеялась и спросила:

— А у вас нет места потише?

Он снова посмотрел на меня. На этот раз уже без улыбки.

Потом сказал:

— Есть подсобка.

Я ответила:

— Покажи.

Мы прошли за дверь возле барной стойки.

Там был узкий коридор, а в конце маленькая комната со стеллажами. На полках стояли бутылки, упаковки салфеток, коробки с трубочками и какие-то банки.

Я ожидала, что как только дверь закроется, бармен сразу меня поцелует.

Но он стоял возле стеллажа и спросил:

— Вы точно этого хотите?

Я сказала:

— Не называй меня на «вы».

Он снова спросил:

— Ты точно этого хочешь?

Вместо ответа я подошла и поцеловала его.

Он сначала почти не двигался. Потом положил руки мне на талию и ответил.

Мы целовались несколько минут.

Дальше всё произошло довольно быстро.

Я прижала его к стеллажу, расстегнула ремень и брюки. Достала член и несколько раз провела по нему рукой.

Он сказал:

— Подожди.

Я спросила:

— Что?

— Здесь могут войти.

Я ответила:

— Все танцуют.

И опустилась перед ним на колени.

Не знаю, почему мне этого так хотелось.

Возможно, потому что всё было совершенно не похоже на меня. Подсобка, почти незнакомый мужчина, музыка за стеной и коллеги в нескольких метрах.

В тот момент это казалось не стыдным, а дерзким.

Как будто я наконец перестала быть девушкой, которая всегда всё проверяет, планирует и думает о последствиях.

Я взяла его член в рот.

Бармен положил ладонь мне на затылок, но не давил. Я сама двигалась и чувствовала себя очень уверенно.

Уверенность закончилась, когда дверь открылась.

Сначала в комнату попал свет из коридора.

Потом я увидела женские сапоги.

В дверях стояла Марина из бухгалтерии.

Она посмотрела на меня.

Потом на бармена.

Потом снова на меня.

Сказала:

— Ой. Извините.

И закрыла дверь.

От неожиданности у меня чуть не сомкнулись зубы.

Бармен резко отодвинулся и прошептал:

— Осторожно!

Я вскочила.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

Потом я спросила:

— Она меня узнала?

Он ответил:

— Думаю, да.

— Почему ты так думаешь?

— Она посмотрела прямо на тебя.

— Может быть, не рассмотрела?

Шансов на загадочную незнакомку почти не оставалось.

Я сказала:

— Всё. Я ухожу.

Он начал застёгивать брюки.

Я поправила платье, волосы и несколько раз посмотрела на себя в маленькое зеркало возле двери.

Лицо было красное.

Помада размазалась.

На колготках возле колена появилась затяжка.

Я спросила:

— Как я выгляжу?

Бармен ответил:

— Нормально.

Я сказала:

— Ты врёшь.

Он ответил:

— Немного.

Мне хотелось выйти из подсобки, сразу найти Марину и объяснить, что она неправильно всё поняла.

Правда, я не смогла придумать, что именно она могла понять неправильно.

Я стояла на коленях с членом бармена во рту. Пространства для альтернативного толкования почти не было.

Утром я проснулась очень рано.

Несколько секунд не помнила, что случилось.

Потом всё вернулось сразу: подсобка, расстёгнутые брюки, Марина и её «ой».

Я схватила телефон.

В рабочем чате было несколько новых сообщений.

Сердце заколотилось.

Оказалось, коллеги обсуждали потерянный шарф и фотографии с корпоратива.

Я открыла фотографии.

На половине была я.

Вот стою возле ёлки с бокалом.

Вот смеюсь у барной стойки.

Вот наклоняюсь к бармену и что-то говорю ему на ухо.

Вот он ставит передо мной очередной коктейль.

Мне казалось, что по этим фотографиям любой человек сможет восстановить продолжение вечера.

Коллега подписала одну:

«Кажется, у кого-то был личный бар».

Под фотографией стояли смеющиеся смайлики.

Я не знала, обычная ли это шутка или все уже в курсе.

Так продолжалось почти час.

В какой-то момент я решила, что нужно позвонить подруге и всё рассказать.

Она выслушала и первым делом спросила:

— Бармен хотя бы красивый?

Я сказала:

— Какая сейчас разница?

— Большая. Если уж позориться, то не зря.

Я ответила, что он красивый.

Подруга сказала:

— Тогда половина офиса тебе завидует.

Это совершенно не помогло.

Я спросила:

— Как мне теперь прийти на работу?

Она ответила:

— Через главный вход.

— Я серьёзно.

— И я серьёзно. Придёшь, сядешь за компьютер и будешь работать.

— А если все знают?

— Тогда они уже знают. Твоё отсутствие ничего не изменит.

В этом была логика, но представить себя в офисе я всё равно не могла.

Мне казалось, что в понедельник я войду, и весь открытый кабинет сразу замолчит.

Кто-то посмотрит на мой рот.

Кто-то спросит, понравился ли корпоратив.

Мужчины из отдела продаж начнут усмехаться.

Девушки будут обсуждать, насколько нужно напиться, чтобы отсосать бармену в подсобке.

А Марина будет сидеть за своим столом, проверять счета и знать обо мне то, чего не знает ни один другой человек на работе.

Самое ужасное, что я не могу даже рассердиться на неё.

Она не подглядывала и не пыталась нас поймать. Просто открыла дверь.

Я начала думать о работе вообще.

Могут ли меня уволить?

Мне было стыдно.

Будто я считаю всё допустимым, пока никто не знает.

Я не уверена, что действительно хотела орального секса с барменом. В тот момент хотела, это точно. Но трезвая я никогда не стала бы делать этого в подсобке рядом с собственными коллегами.

Наверное, именно поэтому так страшно идти на работу.

Мне кажется, что Марина видела не меня, а какую-то другую версию меня. Пьяную, распущенную и совершенно безрассудную.

И теперь эта версия может заменить всё остальное.

Я пять лет работаю в компании. Никогда не опаздываю, нормально выполняю обязанности, не устраиваю скандалов. Коллеги знают меня как спокойного человека.

Но достаточно одной истории, чтобы всё остальное исчезло.

Уже представляю, как через несколько лет кто-нибудь скажет новому сотруднику:

— А это та самая девушка, которую Марина застала с барменом.

И больше обо мне можно ничего не рассказывать.

Я понимаю, что, возможно, слишком сильно накручиваю себя.

Но теперь не знаю, как вести себя с Мариной.

Поздороваться как обычно?

Отвести её в сторону и попросить сохранить увиденное между нами?

Сделать вид, что ничего не произошло?

А если она сама начнёт разговор?

Что отвечать, если коллеги будут шутить про бармена или подсобку?

Алина, 28 лет, Москва

Утро после корпоратива всегда преувеличивает масштаб бедствия

Алина, существует особое утро, когда рабочий чат кажется протоколом расследования, любой смеющийся смайлик — доказательством, а фотография возле барной стойки — материалом дела.

В этот момент человек уверен, что весь офис уже обсудил его поступок, распределил роли и придумал прозвище, которое останется до пенсии.

На самом деле пока вы знаете только одно: Марина открыла дверь.

Всё остальное существует в предположениях.

Возможно, она тут же рассказала двум сотрудницам бухгалтерии. Возможно, попросила салфетки и больше не возвращалась к теме. Возможно, весь следующий день думала не о вас, а о том, зачем вообще полезла в подсобку.

Поэтому первое, что нужно сделать в понедельник, — прийти на работу.

Подруга совершенно правильно объяснила маршрут: через главный вход.

Больничный, внезапный отпуск и работа из дома только позволят вашему воображению ещё неделю развивать сюжет. К тому же отсутствие девушки после особенно весёлого корпоратива иногда возбуждает любопытство сильнее, чем её обычное появление в офисе.

Если Марина уже всем рассказала

Допустим худшее: Марина не выдержала и поделилась увиденным.

Тогда к понедельнику новость уже несколько раз прошла через бухгалтерию, отдел продаж и курилку. В каждой следующей версии подсобка становилась меньше, бармен — красивее, а продолжительность вашей встречи — больше.

Исправить это уже невозможно.

Нельзя обойти всех коллег и объяснить точную последовательность событий. Не стоит уточнять, что Марина застала вас только в начале, бармен ещё не кончил, а полноценного секса вообще не было. Подобные поправки не спасают репутацию. Они лишь дают слушателям подробности, которых им раньше не хватало.

Отрицать очевидное тоже трудно. Если Марина уверена в том, что видела, история о поисках упавшей серьги в районе барменских брюк никого не убедит.

Остаётся третий вариант: вести себя так, будто вы сами распоряжаетесь собственной жизнью и не нуждаетесь в коллективном нравственном совете.

Да, вы выпили больше обычного.

Да, вам понравился бармен.

Да, вы ушли с ним в подсобку.

Конференцию по итогам мероприятия проводить не планируете.

Как отвечать на шутки

Разумеется, сказать «моя личная жизнь никого не касается» гораздо легче дома перед зеркалом, чем в офисе, где коллега внезапно спрашивает:

— Ну что, понравился корпоратив?

Но длинная защита вам и не нужна.

На обычный вопрос можно спокойно ответить:

— Было весело.

На особенно прозрачный намёк:

— Я смотрю, корпоратив у некоторых продолжается уже третий день.

На прямой вопрос про бармена:

— А тебе зачем подробности?

Не обязательно изображать железную женщину и смотреть всем в глаза до тех пор, пока они не отведут взгляд. Можно покраснеть. Можно смутиться. Можно даже засмеяться.

Главное — не становиться подсудимой.

Коллега не получает право на полный отчёт только потому, что услышала сплетню. Вы не обязаны объяснять, сколько выпили, кто кого первым поцеловал и чем именно закончилась встреча.

Чем меньше дополнительного материала вы дадите, тем быстрее история надоест.

Не нужно делать вид, что вам совершенно не стыдно

Есть соблазн прийти в офис с выражением женщины, которая каждый четверг занимается оральным сексом в служебных помещениях и не понимает, почему остальные так возбуждены.

Но переигрывать тоже не надо.

Вы не обязаны внезапно становиться сексуальной революционеркой. Трезвой вам действительно неловко от собственного поступка. Это нормально.

Только личный стыд и публичная вина — разные вещи.

Вы можете считать, что зря напились, зря выбрали подсобку и вообще предпочли бы провести тот вечер иначе. Но из этого не следует, что теперь каждый сотрудник имеет право вас воспитывать.

Вы никому не изменили, никого не принудили и не устроили выступление посреди танцпола. Два взрослых человека по обоюдному желанию ушли в комнату, где их случайно застали.

Место оказалось крайне неудачным. Поступок — рискованным. Но совещание с участием бухгалтерии по этому поводу не требуется.

Одна история не заменит пять лет работы

Вы боитесь, что теперь для всех станете «той самой девушкой с барменом».

На некоторое время такое действительно возможно.

Офис любит яркие истории. Особенно после корпоратива, где большинство людей только ели салат, танцевали под старые песни и потом ехали домой.

Но даже самая удачная сплетня постепенно уступает место новой.

Кто-то поссорится с начальником. Кто-то случайно отправит личное сообщение в общий чат. Кто-то объявит о разводе. Кто-то снова напьётся на следующем корпоративе и наконец освободит вас от должности главной героини.

Репутация человека всё-таки складывается не из одного вечера. Коллеги пять лет видели, как вы работаете, соблюдаете сроки и ведёте себя в обычной жизни.

Один бармен не способен полностью переписать трудовую биографию.

Конечно, кто-то может запомнить историю надолго. Люди вообще любят запоминать чужие неловкости. Но даже в этом случае вам не нужно жить так, будто теперь обязаны ежедневно доказывать свою нравственность.

А если Марина никому не рассказала?

Второй вариант значительно интереснее.

Вы приходите в понедельник и обнаруживаете, что никто не замолкает при вашем появлении. Коллеги обсуждают отчёты, подарки и потерянный шарф. Мужчины из отдела продаж смотрят на вас не чаще обычного. Никто не спрашивает про подсобку.

Марина спокойно здоровается и идёт заниматься счетами.

Значит, женщина увидела одну из лучших офисных историй года и сумела удержать её в себе.

Что тут можно сказать?

Купите Марине шоколадку.

Не огромную подарочную корзину с запиской «за молчание». Это уже будет выглядеть как взятка должностному лицу.

Обычную хорошую шоколадку.

Зайдите к ней без свидетелей, положите на стол и скажите:

— Марина, спасибо за деликатность.

Никаких подробностей. Никаких долгих признаний. Никакой просьбы:

— Вы ведь точно никому не рассказали?

Если она промолчала, такой вопрос ставит её в неловкое положение. Если рассказала, всё равно поздно.

Достаточно благодарности.

Марина поймёт, за что получила шоколад.

Нужно ли первой начинать разговор?

До понедельника писать Марине не стоит.

Сообщение «насчёт вчерашнего» немедленно превращает случайную сцену в официальный вопрос, требующий ответа. Возможно, женщина вообще собиралась сделать вид, что ничего не произошло. Теперь ей придётся подтверждать, что она действительно видела вас с членом бармена во рту и обещает соблюдать тайну.

Лучше сначала посмотреть, как она себя ведёт.

Если Марина здоровается обычно, не избегает вас и не собирает вокруг себя аудиторию, ведите себя так же.

Можно поговорить позже и очень коротко.

Если же она сама подойдёт и скажет:

— Алина, я вчера случайно открыла дверь…

ответьте:

— Да, я понимаю. Вечер получился не самым разумным. Буду благодарна, если это останется между нами.

Этой фразы достаточно.

Не нужно объяснять, сколько вы выпили и почему захотели почувствовать себя взрослой женщиной. Марина не редакция сексика. Письмо на несколько страниц ей не требуется.

Не спрашивайте весь офис, знает ли он

Иногда тревога толкает человека на особенную ошибку. Он начинает осторожно проверять слухи:

— Марина ничего вчера не рассказывала?

— А что девочки из бухгалтерии обсуждали?

— Почему вы замолчали, когда я вошла?

После нескольких таких вопросов о происшествии узнают даже те, кому Марина ничего не сказала.

Не проводите собственное расследование.

Не просите подругу из соседнего отдела выяснить, что слышали в бухгалтерии. Не следите за выражениями лиц. Не связывайте каждую шутку о коктейлях с подсобкой.

Люди могут смеяться по причинам, которые не имеют отношения к вашему рту.

А если имеют, вы всё равно не сможете заставить их забыть.

Стоит ли снова встречаться с барменом?

Это уже отдельный вопрос.

Бармен вам понравился. Вы оба были свободны и оба хотели происходившего. Неудачным оказалось место, а не обязательно сам мужчина.

Поэтому встречаться с ним снова можно, если после того, как уляжется стыд, вы действительно этого захотите.

Только не возвращайтесь в подсобку во время рабочего дня.

Сходите в другое кафе, прогуляйтесь, пригласите его домой. Взрослая самостоятельная женщина отличается не тем, что способна расстегнуть мужчине брюки рядом с корпоративом. Она ещё и умеет выбрать дверь с нормальным замком.

Если же сейчас бармен напоминает только о Марине и её «ой», можно отказаться от продолжения. Один пьяный эпизод не обязывает вас начинать роман.

Итак, что отвечаем Алине:

Алина, в понедельник идите на работу через главный вход, здоровайтесь с коллегами и занимайтесь своими делами.

Дальше возможны два варианта.

Если Марина уже всё рассказала, ничего исправлять не нужно. Не оправдывайтесь, не пересказывайте вечер и не позволяйте коллегам устраивать допрос. Вы совершили рискованный и довольно смешной поступок, но ваша сексуальная жизнь всё равно не стала собственностью отдела продаж.

На прямые вопросы отвечайте коротко. На наглые — вопросом. На обычные шутки можно улыбнуться и сменить тему.

Чем спокойнее вы будете относиться к истории, тем быстрее окружающим наскучит наблюдать за вашей реакцией.

Если же выяснится, что Марина сумела сохранить тайну, поблагодарите её.

Купите шоколадку.

Хорошую.

Эта женщина вошла в подсобку, увидела сцену, которая могла обеспечить бухгалтерию разговорами до следующего квартального отчёта, сказала «ой», закрыла дверь и никого не позвала.

Такие сотрудники заслуживают поощрения.