Кабинка на двоих

В обычной жизни мы живём под присмотром. Начальство, соседи, родственники и собственная осторожность следят, чтобы мы не ляпнули лишнего, не полезли куда не следует и заранее подумали о последствиях. На море вся эта служба внутренней безопасности внезапно уходит в отпуск. То ли солнце перегревает систему, то ли морской воздух действует как бокал вина. Приятно оказаться там, где никто не знает, какой приличной женщиной ты была до приезда сюда.

Здравствуйте. Если говорить честно, в обычной жизни я самая настоящая серая мышка. Мне тридцать восемь лет, я живу в Москве и работаю в большой компании на должности, название которой звучит значительно солиднее самой работы. В основном перекладываю документы с одного стола на другой, проверяю таблицы, отвечаю на письма и напоминаю людям о том, что они должны были прислать мне ещё вчера.

Наверное, моя работа полезная. Если однажды я не приду, мир не остановится, но несколько счетов потеряются, два договора никто не подпишет, а начальник к вечеру начнёт нервничать. Платят мне немного. На жизнь хватает, но каждую покупку дороже пары тысяч я сначала обдумываю, потом откладываю, потом снова обдумываю.

Одежду покупаю на распродажах, обед обычно ношу из дома. В рестораны почти не хожу. Когда подруги предлагают встретиться где-нибудь в центре, я заранее открываю меню в интернете и считаю, сколько будет стоить салат, горячее и два бокала вина. Иногда после такого подсчёта предлагаю встретиться у кого-нибудь дома.

Единственная вещь, на которой я стараюсь не экономить совсем, — летний отпуск. Каждый месяц откладываю понемногу, чтобы хотя бы раз в год поехать на море. Мне не нужен роскошный отель, отдельный пляж и завтрак с шампанским. Достаточно небольшой комнаты, тёплой воды и возможности десять дней ничего не решать.

Я люблю лежать на солнце, плавать, читать и смотреть на людей, которые идут вдоль берега. В Москве мне всё время кажется, что я опаздываю, кому-то что-то должна и забыла ответить на важное письмо. На море впервые за год становится всё равно, который час.

Мужа у меня нет. Постоянного мужчины тоже нет. Даже похвастаться каким-нибудь бурным романом в командировке не могу. Мужчины иногда знакомятся, но дальше переписки или одной встречи обычно ничего не происходит. Один мне не нравится, другому не нравлюсь я, третий начинает присылать фотографии из спортзала и исчезает после вопроса, чем он занимается кроме живота.

Секс в моей жизни отсутствует уже несколько лет. Я не скажу, что ужасно от этого страдаю. Иногда появляется желание, тогда я достаю из тумбочки своего силиконового дружка. Он надёжный, не требует готовить завтрак и после использования спокойно возвращается на место.

Пользуюсь им нечасто. Раз в неделю, иногда реже. Поэтому я всегда считала, что большой потребности в сексе у меня просто нет. Есть женщины, которым постоянно нужны мужчины, отношения, страсть и приключения. Я, видимо, устроена спокойнее.

Но недавно мне приснился сон, после которого я уже не уверена, что правильно себя понимаю.

Во сне я приехала на море. Не помню, какой это был город. Обычный южный курорт: набережная, музыка из кафе, продавцы кукурузы, запах крема от загара и горячий песок, по которому невозможно идти босиком.

Жила я одна в небольшом номере. Утром надела тёмно-синий раздельный купальник, сверху лёгкое платье, взяла полотенце, воду, сигареты и пошла на пляж.

Нашла свободное место, расстелила полотенце, разделась до купальника и легла на живот. Немного почитала, потом перевернулась и закрыла глаза.

Рядом со мной расположился мужчина. Один. Сначала я даже не обратила на него особого внимания. Мужчина как мужчина, примерно сорока лет, может быть, чуть старше меня. Крепкий, светловолосый, с широкими плечами и небольшим животом. Не модель и не спортсмен, но приятный.

Он разложил полотенце, снял футболку, некоторое время смотрел в телефон, потом пошёл купаться. Когда вернулся, я заметила, что он иногда смотрит в мою сторону. Не нагло и не так, чтобы приходилось отворачиваться. Просто поглядывал.

Через некоторое время мне захотелось курить. Я достала пачку, щёлкнула зажигалкой, но она не сработала. Попробовала ещё раз, потом ещё. Мужчина это заметил и сам протянул мне свою.

Я прикурила и сказала:

— Спасибо.

Он ответил:

— Не за что. Только курить на жаре — тяжёлое испытание.

Я сказала, что в Москве курю от нервов, а на море — по привычке.

Так мы начали разговаривать.

Его звали Андрей. Он приехал из Екатеринбурга, работал в строительной фирме, был разведён и отдыхал один. Планировал неделю лежать на пляже, есть рыбу и не отвечать на рабочие звонки.

Я сказала, что у меня примерно такая же программа, только без рыбы, потому что в прошлом году отравилась в прибрежном кафе.

Андрей оказался приятным собеседником. Не пытался сразу произвести впечатление, не рассказывал о доходах и не спрашивал, почему такая женщина отдыхает одна. Мы обсуждали Москву, Екатеринбург, море, цены в кафе и людей, которые занимают лежак полотенцем в шесть утра, а потом появляются только к обеду.

Не знаю, как разговор перешёл к сексу. Во сне всё происходило совершенно естественно. Кажется, мы обсуждали курортные романы. Андрей сказал, что никогда не умел знакомиться на пляже и вообще обычно замечает интерес женщины слишком поздно.

Потом он почему-то рассказал, что у него были женщины, долгие отношения и обычный секс, но минет ему никто никогда не делал.

Я переспросила:

— Вообще никогда?

Он пожал плечами:

— Так получилось. Одна девушка не любила, другая сразу сказала, что это не для неё. С женой тоже как-то не сложилось.

Я сказала:

— Значит, у вас серьёзный пробел в образовании.

Он засмеялся:

— Наверное.

И тут я вдруг произнесла:

— Это надо обязательно исправить. Хотя бы раз в жизни вы должны узнать, что это такое.

Не знаю, почему я сказала именно так. В обычной жизни я бы уже после первого упоминания минета сделала вид, что мне пора купаться. Но во сне лежала рядом с почти незнакомым мужчиной и обсуждала его сексуальный опыт совершенно спокойно.

Андрей посмотрел на меня внимательнее и спросил:

— А вы не хотите исправить?

Я ответила:

— Почему бы и нет?

Он сначала даже не понял, серьёзно ли я говорю.

— Прямо сейчас?

Я посмотрела на пляж. Людей вокруг было много, но чуть дальше стояла кабинка для переодевания. Обычная деревянная конструкция, выкрашенная синей краской. Снизу щель, через которую были видны ноги проходивших мимо людей.

Я показала на кабинку:

— Можно там.

Андрей сел и некоторое время смотрел на меня.

— Вы точно не шутите?

Я сказала:

— Пока вы задаёте вопросы, могу и передумать.

Он сразу поднялся.

Мы дошли до кабинки. Внутри было тесно и жарко. Пахло нагретым деревом, морской водой и кремом от загара. Сквозь щели между досками пробивались тонкие полоски света, а снаружи слышались голоса, шлепки босых ног и крик продавца кукурузы.

Андрей закрыл дверь и встал передо мной. На пляже он разговаривал совершенно спокойно, а теперь заметно волновался и не знал, куда деть руки.

— Что мне делать? — спросил он.

— Для начала ничего.

Я подошла ближе и положила ладони ему на живот. Кожа была горячей после солнца, ещё влажной после воды. Андрей сразу замолчал. Я почувствовала, как он напрягся от самого обычного прикосновения, и это неожиданно придало мне уверенности.

Медленно провела руками ниже, опустилась перед ним и потянула плавки вниз. Он резко вдохнул и упёрся ладонью в деревянную стену. В его лице не осталось ни пляжной невозмутимости, ни привычной мужской попытки показать, что всё под контролем.

Мне нравилась его растерянность. Нравилось, что этот крепкий взрослый мужчина, с которым я познакомилась меньше часа назад, сейчас полностью доверился мне и понятия не имеет, что будет дальше.

Я не торопилась. Сначала просто коснулась его губами, почувствовала, как он вздрогнул, и на секунду отстранилась, чтобы посмотреть на него.

— Нравится?

Андрей кивнул.

— Очень.

Голос у него уже изменился.

Я продолжила. Не думала ни о людях за тонкими стенами, ни о ногах, которые время от времени появлялись в щели под дверью. Весь пляж словно остался где-то далеко. Были только тесная кабинка, горячий запах дерева, его сбившееся дыхание и моя собственная неожиданная смелость.

Андрей не пытался руководить мной и боялся сделать лишнее движение. Иногда закрывал глаза, потом снова смотрел вниз, словно хотел запомнить каждую секунду своего первого минета.

Мне нравилось, как быстро он перестаёт быть собранным и осторожным. Ещё несколько минут назад мы спокойно обсуждали цены в кафе, а теперь он держался обеими руками за стенки кабинки и уже не мог скрывать, насколько ему хорошо.

Когда всё закончилось, я ещё немного посидела перед ним, потом поднялась и поправила платье. Андрей стоял молча, тяжело дышал и смотрел на меня с совершенно ошеломлённым выражением.

Наконец он подтянул плавки и спросил:

— И как я после этого должен спокойно вернуться на пляж?

Я сказала:

— Сделаете вид, что просто переодевались.

Он наклонился, осторожно коснулся губами моей щеки и задержался рядом чуть дольше, чем требовалось для обычного поцелуя.

Мы вышли из кабинки и вернулись к полотенцам.

Самое смешное, что уже через минуту всё снова выглядело совершенно обычно. Я поправила купальник, Андрей открыл бутылку воды, потом лёг на спину и закрыл глаза.

Через некоторое время он сказал:

— Теперь я понимаю, почему все так много об этом говорят.

Я ответила:

— Значит, отпуск уже прошёл не зря.

Мы ещё долго лежали рядом, иногда разговаривали, иногда молчали. Андрей пригласил меня вечером в ресторан. Я согласилась.

В восемь часов мы встретились возле набережной. Во сне у меня оказалось лёгкое чёрное платье на тонких бретельках, которого в реальной жизни я никогда бы себе не купила. Оно плотно сидело на груди и свободно спадало ниже талии.

Андрей пришёл в белой рубашке и светлых брюках. Выглядел совсем иначе, чем днём на пляже. Увидев меня, сказал:

— Теперь мне придётся всё время думать, что у вас под платьем.

Я ответила:

— Там всё то же самое, что было под купальником.

Мы пошли в небольшой ресторан возле моря. Заказали рыбу, овощи и бутылку холодного белого вина.

Сначала разговаривали о работе, семьях и путешествиях. Потом Андрей поднял бокал и сказал:

— За самый неожиданный день моей жизни.

Я спросила:

— Неужели до сегодняшнего дня у вас совсем ничего интересного не происходило?

Он ответил:

— Не со мной и не в кабинке для переодевания.

После вина мы оба стали смелее. Андрей признался, что весь вечер думает о кабинке. Я сказала, что тоже её вспоминаю, но теперь мне интересно, умеет ли он возвращать долги.

Он сразу понял, что я имею в виду.

— Я могу попробовать.

Я спросила:

— Тоже впервые?

Он сказал:

— Не совсем. Но специалистом себя не назову.

После ресторана мы пошли на пляж. Было уже поздно, людей почти не осталось. Музыка с набережной звучала глухо и далеко, вода оставалась тёплой, а песок наконец перестал обжигать ноги.

Мы сняли обувь и подошли к морю. Андрей разделся до плавок. Я сначала осталась в платье, потом сняла его и положила рядом с полотенцем.

Он смотрел на меня в купальнике так, будто видел впервые.

Мы вошли в воду. Сначала просто плавали рядом, потом Андрей приблизился и положил ладони мне на талию. Его руки медленно скользнули по мокрой коже, задержались на спине и притянули меня ближе.

Он поцеловал меня спокойно, без дневной растерянности. Я обняла его за шею и почувствовала, как вода между нами перестала мешать и стала частью происходящего. Волны слегка покачивали нас, мои ноги время от времени теряли дно, и тогда Андрей крепче держал меня за талию.

Его губы переместились к шее. Он целовал солёную кожу, касался подбородком моего плеча, проводил пальцами по спине. Мне нравилось, что теперь волнуется уже не он, а я.

Мы долго целовались прямо в море. Потом Андрей тихо сказал:

— Пойдём на берег.

Мы вышли из воды и легли на полотенце. Пляж был почти пустой. Где-то далеко проходили люди, но рядом с нами оставались только шорох волн и тёмная полоса моря.

Андрей расстегнул верх моего купальника, провёл ладонями по груди и наклонился ко мне. От его тёплых губ на мокрой коже становилось особенно остро. Он целовал меня неторопливо, словно после кабинки решил, что теперь спешить совершенно некуда.

Потом спустился ниже.

Я запустила пальцы в его влажные волосы. Сначала он и правда действовал неуверенно, слишком старался угадать сразу и всё время менял движения.

— Не торопись, — сказала я.

Андрей поднял голову и посмотрел на меня.

— Так?

— Медленнее.

Он послушался. Теперь двигался осторожно, внимательно следил за моим дыханием и замечал каждую реакцию. Когда находил то, от чего я невольно напрягалась и крепче сжимала пальцы в его волосах, уже не пытался придумать что-нибудь новое.

Мне нравилась эта его сосредоточенность. Никакой мужской самоуверенности, никакого желания продемонстрировать технику. Он просто хотел понять меня и постепенно понимал всё лучше.

Песок холодил спину, с моря тянуло влажным воздухом, а где-то совсем рядом волна снова и снова накатывала на берег. В какой-то момент я перестала слышать даже её.

Удовольствие поднялось внезапно. Я прижала ладонь к губам, чтобы не выдать нас всему пляжу, и на несколько секунд совершенно потеряла ощущение времени.

Андрей лёг рядом. Его лицо было довольным и немного удивлённым, словно он сам не ожидал такого результата.

— Долг вернул? — спросил он.

Я повернулась к нему и провела пальцем по мокрой щеке.

— С процентами.

Потом мы пошли в мой номер.

Там всё выглядело иначе, чем днём: занавески шевелились от тёплого ночного воздуха, за открытым окном шумело море, на полу оставались мокрые следы наших ног.

Мы остановились посреди комнаты и некоторое время просто смотрели друг на друга. На пляже нас торопила возможность, что кто-нибудь пройдёт рядом. Здесь спешить было некуда.

Андрей первым коснулся моей щеки, провёл пальцами по мокрым волосам и поцеловал. Я начала расстёгивать его рубашку, пуговицу за пуговицей. Ткань прилипла к плечам после моря, и он помог мне стянуть её, не прекращая целовать.

Он снял с меня купальник, медленно провёл ладонями от плеч к талии и остановился, словно хотел сначала рассмотреть меня целиком.

В обычной жизни такой взгляд заставил бы меня немедленно прикрыться. Во сне я стояла перед ним совершенно спокойно. Мне нравилось, что он смотрит. Ещё больше нравилось, что я сама разрешила ему оказаться здесь.

Мы целовались стоя, потом переместились на кровать. Андрей касался меня осторожно, будто всё ещё боялся ошибиться. Проводил ладонью по спине, по животу, по внутренней стороне бедра, каждый раз задерживаясь на секунду и ожидая моей реакции.

Я брала его руки и направляла туда, где хотела чувствовать. Просила сильнее прижать меня, потом, наоборот, замедлиться. И сама удивлялась тому, как легко произношу эти слова.

В обычной жизни я даже официанту не всегда могу сказать, что мне принесли холодную еду. А здесь совершенно спокойно объясняла мужчине, как меня трогать.

Когда мы наконец оказались вместе, Андрей сначала двигался очень медленно и всё время смотрел мне в лицо.

— Хорошо? — спросил он.

Я обняла его ногами и притянула ближе.

— Да. Только не останавливайся.

Постепенно осторожность исчезла. Я чувствовала его вес, тепло его кожи, ладони на моей спине. Он целовал меня в губы, потом в шею, иногда замирал, будто хотел продлить каждую секунду.

Через некоторое время я перевернула его и оказалась сверху. Андрей удивлённо улыбнулся, но спорить не стал.

Мне нравилось самой выбирать темп. Нравилось видеть его лицо и понимать, что теперь уже я управляю происходящим. Я положила его руки себе на бёдра, наклонилась и поцеловала.

Андрей смотрел на меня так, словно до сих пор не верил, что эта женщина с пляжа существует на самом деле.

Мы несколько раз меняли положение, смеялись, ненадолго останавливались, снова начинали целоваться. Это уже не было случайным приключением в кабинке. Нам обоим хотелось растянуть ночь как можно дольше.

Когда удовольствие снова стало почти невыносимым, я прижалась к Андрею и закрыла глаза. Он крепко держал меня, пока дыхание не начало успокаиваться.

Потом мы лежали рядом. Андрей гладил меня по животу, иногда касался губами плеча и лениво перебирал пальцами мои волосы.

Я спросила:

— И что вы теперь будете рассказывать друзьям про отпуск?

Он ответил:

— Правду мне всё равно никто не поверит.

Под утро мы уснули. Андрей обнимал меня сзади, его ладонь лежала у меня на груди.

Проснулась я от того, что в комнате стало светло. Он уже сидел на краю кровати и натягивал плавки.

Я спросила:

— Вы куда?

Он сказал:

— Поставлю чайник. Потом пойдём на пляж.

Я ответила:

— Сначала кофе.

Андрей наклонился, поцеловал меня и сказал:

— Хорошо. Но после кофе снова кабинка.

И в этот момент я проснулась.

В своей московской квартире. Одна. За окном шумели машины, телефон показывал половину седьмого утра, а моя рука находилась между ног.

Несколько секунд я не могла понять, куда исчезло море, почему рядом нет Андрея и зачем мне сегодня ехать в офис.

Потом достала из тумбочки своего силиконового дружка.

Обычно я использую его быстро и почти без фантазий. В этот раз лежала долго и вспоминала весь сон: кабинку, его растерянное лицо, вечернее море, ресторан, полотенце на пустом пляже и то, как свободно я себя чувствовала рядом с этим почти незнакомым мужчиной.

После этого я весь день ходила на работу немного ненормальная. Смотрела на мужчин в метро и думала, не приехал ли кто-нибудь из них из Екатеринбурга.

И теперь у меня вопрос.

Откуда во мне вообще взялся такой сон? В обычной жизни я с трудом соглашаюсь на встречу в кафе, а тут через час после знакомства отправилась с мужчиной в кабинку и сделала ему первый в жизни минет.

Потом сама пригласила его продолжить, позволила раздеть себя на пляже и привела в номер. Причём во сне всё это не казалось мне ни опасным, ни странным. Я чувствовала себя совершенно свободной и делала только то, чего сама хотела.

Получается, никакая я не холодная и секс мне всё-таки нужен? Просто в реальной жизни я привыкла жить так осторожно, что сама не позволяю себе даже представить подобное?

Исполнять сон буквально я пока не собираюсь. Подойти на пляже к незнакомому мужчине и предложить ему пройти в кабинку — это всё-таки немного не мой уровень смелости.

Но теперь я ещё сильнее жду отпуска.

А перед сном кладу своего дружка ближе к кровати. Вдруг Андрей из Екатеринбурга снова придёт на пляж.

Наталья, 38 лет

Мнение редакции

Наталья, всё достаточно просто: женщина в сексе такой же человек, как мужчина. Она может первой посмотреть, первой заговорить, первой предложить и первой отвести понравившегося мужчину в кабинку. Не всё же лежать на полотенце и ждать, пока кто-нибудь сам догадается, что сегодня вы согласны на приключение.

В вашем сне самое интересное даже не минет незнакомцу. Гораздо важнее, что вы ни у кого не спрашивали разрешения. Увидели мужчину, почувствовали интерес и сами решили, что будет дальше. В обычной жизни вы проверяете цены в меню, заранее просчитываете неудобства и боитесь потратить лишние две тысячи. Во сне внутренняя бухгалтерия закрылась, касса осталась без присмотра, а ответственная сотрудница московской компании отправилась развлекаться.

Это не значит, что вы обязаны повторить сон буквально. Пляжные кабинки тесные, жаркие и обычно содержат больше песка, чем романтики. Но фантазия явно показала, чего вам не хватает: возможности иногда действовать первой, не объясняться и не ждать, пока мужчина организует всё за вас.

Особенно показательно, что Андрей в вашем сне не был красавцем с рекламного щита. Обычный мужчина за сорок, с животом, разводом и работой в строительной фирме. Вы выбрали его не за идеальный торс и не за яхту у берега. Вам понравилось, что он заинтересовался вами, не лез напролом и оказался совершенно растерян, когда вы взяли инициативу в свои руки.

Его первый минет тоже появился в сюжете не случайно. Вы не просто получали удовольствие — вы его давали и видели результат. Мужчина, который ещё недавно спокойно рассуждал о пляже и рыбе, через несколько минут держался за стенки кабинки и забывал, как пользоваться лицом. Для многих женщин это возбуждает не меньше, чем собственные ощущения: понимать, что именно ты сейчас лишила взрослого человека способности связно мыслить.

Потом сон возвращает долг. Андрей уже сам занимается вами, слушает, когда вы просите не торопиться, и подстраивается под вашу реакцию. Получается вполне справедливый курортный обмен: сначала вы устроили ему лучший день отпуска, потом он постарался не остаться в должниках. Без лекций о технике, соревнований и мужчины, который уверен, что родился специалистом.

Поэтому холодной вас назвать трудно. Скорее, вы долго жили в режиме, где сексу было просто не за что зацепиться. Подходящего мужчины рядом нет, случайные знакомства быстро надоедают, а силиконовый дружок удобен, но разговаривать с ним о Екатеринбурге бесполезно. Сон наконец собрал всё в одном месте: море, незнакомца, инициативу, риск и полное отсутствие необходимости утром отвечать за своё поведение.

Фантазия ничего от вас не требует. Она не выдаёт задание купить билет, найти кабинку и дежурить возле неё с зажигалкой. Но она честно показывает, что желание у вас есть. Причём вас интересует не только сам секс. Вас возбуждает версия себя, которая не ждёт приглашения и не спрашивает, прилично ли женщине первой захотеть мужчину.

Прилично. Даже на пляже.

Почему во сне я проявила такую инициативу?

Потому что во сне исчезли последствия, чужие оценки и привычка всё контролировать.

Значит ли это, что мне нужен курортный роман?

Нет. Вам может нравиться сама фантазия о свободе, незнакомце и собственной смелости.

Получается, я совсем не холодная?

Судя по этому сну и утру после него, с желанием у вас полный порядок.